Интервью с тренером по боксу и экс-чемпионом мира по версии WBA Вячеславом Сенченко

Сенченко

В 2002 году Вячеслав Сенченко дебютировал в профессиональном ринге, а 7 лет спустя стал чемпионом мира по версии WBA в полусреднем весе. Сегодня 44-летний специалист тренирует будущих чемпионов в киевской Pari Match Fight Academy.

В общении с корреспондентом Stavkinasport.com Вячеслав Владимирович рассказал о работе с одним из лучших наставников в истории бокса Фредди Роучем, бое против абсолютного чемпиона Рикки Хаттона и тренерской работе.

Переход из боксера в тренеры

― Вы закончили карьеру в 2015 году и сразу же приступили к тренерской деятельности?

― «Тренерская деятельность» ― это громко сказано. Я тогда не работал с профи. Начал в коммерческом клубе Sparta. Тогда там не было боксеров-профессионалов или спортсменов, которые стремились к высоким результатам. Люди занимались просто для себя ― для здоровья, как говорится.

Но так началась моя тренерская карьера.

― Смена рода деятельности получилась плавной?

― Да. Я поработал в таком режиме полгода или чуть больше. Тренировал, вникал в особенности этого дела, и вскоре на базе клуба Sparta Box открыли промоушен. Затем набрали профессиональных спортсменов.

Боксер

Четырехкратный чемпион мира по версии WBA, а также интерконтинентальный ― IBF

― Решение завершить карьеру приняли взвешенно и спокойно? Не хотелось в какой-то момент вернуться в ринг?

― Не скажу, что спокойно. Понимал, что еще год или два могу выступать на приличном уровне. Но так сложились обстоятельства…

Я выступал за донецкую промоутерскую компанию. А тренировать переехал в Киев. Мне нужно было зарабатывать, кормить семью, оплачивать аренду квартиры. Да, я мог продолжать. Но совмещать тренерскую деятельность и профессиональный бокс было крайне тяжело.

Алексей Мельников
Читать также
Интервью с бойцом Top Dog Алексеем Мельниковым

Считаю, что человек должен браться за одно дело и выполнять его исключительно качественно. Поэтому понимал: если буду хорошим тренером, то стану хуже боксировать, и наоборот. Одно из занятий точно будет проседать ― невозможно отдаваться на все 100 процентов. Немного подумал и выбрал тренерство, а с боксерской карьерой попрощался.

― Спокойнее живется боксеру или тренеру?

― Наверное, боксеру. Сейчас я нервничаю гораздо больше. Раньше ведь я был сам за себя. А теперь отвечаю за подопечных. И у меня же не один боксер, а много. За каждого переживаю, хочу помочь, подсказать.

В общем, тренерство ― нервозатратная работа. Ответственность совсем другая. Теперь я отвечаю за других людей, а это сложнее.

― Знаю, что Вы вели дневники своих тренировок. Делали записи как боксер или уже как будущий тренер?

― Мне всегда было интересно оставлять заметки. Первые мои записи появились в 1991 году, когда я еще боксировал по юношам. Мой старший брат был в сборной Союза. У него всегда были дневники тренировок. В то время их просили все записывать. Даже когда я был в сборной, наставники требовали делать пометки. Так видна проделанная работа. По дневникам можно делать выводы, замечать ошибки. Видел, как ведет свои дневники старший брат, начал записывать и сам.

Вел их как боксер. Записывал все сборы, у меня есть пометки с двух олимпийских циклов. Я сравнивал методы подготовки, тренировки и свою форму. Понимал, какой получаю результат, какая подготовка лучше для меня.

― А сейчас пользуетесь дневниками?

― Да, только теперь они у меня тренерские. Записываю план подготовки или делаю пометки касательно своих подопечных. У меня есть характеристика на каждого из них. Записываю, над чем нужно больше работать, что дается им хорошо.

После каждого боя делаю новые записи: не хватило того, в том был хорош, а над этим нужно поработать, и т.д.

Записи ведутся не такие объемные, как раньше. Тренировки ведь в чем-то похожи во время подготовки к боям. Поэтому больше пишу конкретно о боксерах.

― Ваши подопечные ведут дневники?

― Я говорил им об этом как-то лет 5 назад. Не пошло. Просил, показывал примеры своих дневников, рассказывал, что лучшие боксеры мира делали записи своих тренировок. Может быть сейчас им привычнее использовать телефоны, другие гаджеты. Записи от руки остались в прошлом.

Ребята чуть-чуть писали, когда я просил и контролировал. Если предупреждал, что проверю дневники ― делали пометки. Но дальше дело не пошло.

к содержанию

Тренировки с Фредди Роучем

Роуч

Вячеслав Сенченко выходит на бой в сопровождении Фредди Роуча

― Насколько тренировки с опытными наставниками повлияли на Ваш дальнейший выбор?

― Как-то у меня всегда лежала душа к тренерской работе. Мне по душе работать с людьми, находить с ними общий язык, вести подготовку. Мне ближе работать с ребятами в зале, чем сидеть в кабинете.

Какая-то высокопоставленная должность в костюме меня не интересует. Не мое это.

Не сами костюмы, а сидеть в кабинете. К примеру, меня спрашивали, почему я не пошел в депутаты, были ведь связи. Не мое. Хочется заниматься тем, в чем я специалист. Да, в политике больше денег и возможностей. Мне это не интересно.

Закончив карьеру боксера, я точно знал, чем буду заниматься. Бывает, что у спортсменов после окончания карьеры возникает пустота ― не знают, чем заниматься. Многие теряются, не находят себя. Я же знал, что буду пробовать себя в роли тренера после ухода из бокса. А там как пойдет. Если делать все с душой, то точно получится.

― Фредди Роуч ― самый яркий тренер в вашей карьере?

― Да, это так. Фредди Роуч до сих пор остается для меня примером. Свою тренерскую работу я начал строить, опираясь на Роуча. Он понравился мне как человек и тренер.

Некоторые говорят, что Роуч не идеальный. Мол, есть тренеры, которые дают даже больше, чем он. Но у него климат в команде очень хороший, атмосфера рабочая. А это очень важно. У него хорошая энергетика. И это передается боксерам, поэтому с ним хотят работать. Это один из ключевых моментов. Я хотел тренироваться у Фредди, потому что чувствовал его самоотдачу.

Он никогда не называл себя великим тренером. Не ставил выше кого-то. Он обычный человек. С ним можно поговорить о чем угодно. Роуч всегда просто одет ― в футболке за 5 долларов и в джинсах, которым уже три года.

Фредди Роуч ― очень скромный человек. И этим он дополнительно подкупает, внушает доверие. Когда с ним работаешь, появляется психологическая устойчивость. Подготовка проходит без нервов и сторонних раздражителей. Меня все устраивало в тренировочном процессе.

В команде Фредди Роуча каждый боксер чувствует себя как дома ― в кругу семьи.

― А как Вы попали в команду американца?

― На тот момент у меня уже был титул чемпиона мира WBA, но на каком-то этапе мы поняли, что дальше будет тяжело. Прошло пару тяжелых боев, и появилось желание продолжать развиваться, потому что Донецк я перерос. Чтобы подниматься выше, нужно было менять подготовку, проводить серьезные спарринги.

Я выбрал США, потому что там есть сильные спарринг-партнеры. Только так боксеры могут расти.

В Украине на тот момент у меня таких вариантов не было. У нас был человек в Лос-Анджелесе, который общался с Фредди Роучем. Через Сема мы договорились о просмотре. То есть, мне никто не обещал место в команде. Я просто должен был приехать, показать свой уровень.

Мы поработали неделю, он на «лапы меня взял», а спарринг даже не провели. Не получилось. Но его устроило увиденное, и он сказал, что готов работать со мной.

WBA

В бою за титул чемпиона WBA в полусреднем весе в Донецке Сенченко победил украинца Юрия Нужненко

― Почему же Роуч решил Вас взять в команду? Что он увидел?

― Позже я сам спросил у него об этом. Интересно было понять, почему он согласился. Роуч ответил, что увидел мои горящие глаза и желание учиться. Поэтому он решил со мной работать. Можно сказать, что у нас произошла связь на энергетическом уровне.

У меня реально горели глаза, я пахал. Попасть к Фредди Роучу для меня было каким-то космосом. Понятно, что самоотдача была сумасшедшая. Тренер это почувствовал, заметил и согласился поработать со мной.

к содержанию

Клозе, Малиньяджи, Хаттон

Хаттон

Вячеслав Сенченко нокаутом завершил карьеру Рикки Хаттона

― Было ли Ваше желание тренироваться с Роучем связано с тем, что другой его подопечный Амир Хан уже побеждал Малиньяджи, с которым Вам предстоял бой?

― Это было за два боя до Малиньяджи. Тогда о нем еще и речи не шло. А вот к самому бою меня Фредди как раз и не готовил.

Тогда началась подготовка к бою у Мэнни Пакьяо, и Фредди улетел на Филиппины. Он приглашал меня с собой, но мы решили отказаться от постоянных перелетов. Киев ― Лос-Анджелес ― Филиппины, потом обратно в Украину. Очень много перелетов, это тяжело. Я остался в Лос-Анджелесе и тренировался под руководством помощника Роуча. Так что с ним я и прошел подготовку к Малиньяджи.

― То поражение от американца стало несчастным случаем? Вы ведь были фаворитом.

― Может быть. По крайней мере, я в это верил. То поражение ― недооценка соперника и излишняя самоуверенность. Я не допускал другого варианта ― был убежден в своей победе.

Знал, что Малиньяджи ― непростой соперник. Но был уверен, что без проблем выиграю этот бой.

Не знаю, что произошло. Будто недооценка на каком-то подсознательном уровне. Не видел я преграды в лице Малиньяджи. А еще один из факторов ― рассечение и гематома, которые сломали рисунок боя.

Тактически бой выстраивался на вторую половину. После 6-7 раундов я должен был активизироваться и плотнее с ним работать. А рассечение возникло в начале, и это сбило картину. Появилась нервозность. Бой начал смазываться, я уже понимал, когда глаз отек, что вариантов у меня нет. Еще и рефери подходил часто и говорил, что остановит бой. Все сломалось. И вот результат.

Немного не успевал за его джебом. Наверное, немного не так стоило работать.

― Ваш бой с Малиньяджи обслуживал известный рефери Стив Смогер. Это имело для Вас какое-то значение?

― Для меня ― нет. Никогда. Наверное, рефери может как помочь в бою, так и сломать своими действиями или закрытием глаз на какую-то грязь со стороны оппонента, или, наоборот, часто останавливая бой. На меня рефери никогда не оказывал влияние. Но такие варианты все же существуют.

― Несмотря на поражение на «Донбасс Арене», Донецк остался родным и воспоминания только теплые?

― Да. Практически все схватки прошли в Донецке. Я бился в Монако, Москве, Питере, Англии. Но основная карьера связана с Донецком. Он стал родным для меня. Там родились дети, они у меня дончане.

Донецк мне еще и по духу очень подходил. Это мой любимый город, хоть я там и не родился. С ним связаны многие яркие моменты моей карьеры. Я стал там чемпионом, карьеру выстроил.

― Для боксера вообще важно ― дома он бьется или на выезде?

― Это все вопрос психологии. Знаю спортсменов, которым на выезде комфортнее. Есть «домашние» боксеры, которые в родных стенах проводят лучшие свои поединки, а в других городах проваливаются. Каждому свое.

Мне наоборот всегда хотелось выехать, провести бой в Америке, Англии, Европе. Было желание биться на выездных аренах. Парни, которых я тренирую, много боев проводят на выезде. Я стараюсь их научить, что для профессионала это не должно иметь значения. Важно побеждать на всех рингах.

― Почему одним из тяжелейших своих боев Вы считаете встречу с Фредериком Клозе?

― До сих пор так считаю. После этого боя у меня было сильнейшее обезвоживание. Я потерял больше 5 килограмм. Еще и получил тепловой удар. Очень было жарко в «Дружбе». Говорят, что на ринге температура поднималась чуть ли не до 50 градусов. Перед тем боем я не гонял вес ― вышел на бой с 68 килограммами. А после был 63. Хотя я дрался в категории 66.7. Поэтому бой и получился очень тяжелым. Во второй половине у меня началось обезвоживание.

Я вытянул бой на морально-волевых, и когда мне поднимали руку, чуть не потерял сознание.

Но это все же случилось ― в раздевалке. В итоге меня забрала скорая в реанимацию.

Хотя сам бой… были и тяжелее. С тем же Рикки. Поединок был сложнее, интенсивнее, по накалу серьезнее. Зато после встречи с Клозе я многое изменил в своем режиме ― питание, водный баланс. Он многое мне дал. До этого я считал, что много набирать не надо, чтобы скорость не падала.

Бокс

В бою с Сенченко Хаттон не смог подняться на ноги в девятом раунде

― Расскажите о встрече с Рикки Хаттоном. Вы отправили знаменитого британца на пенсию…

Классный бой. Благодарен, что меня выбрали в качестве соперника на возвращение Рикки. На тот момент он был звездой. Как только объявил о возвращении, билеты на 20-тысячную арену в Манчестере раскупили за считанные часы.

Такие бои запоминаются на всю жизнь. Встреча с человеком, который в свое время был абсолютным чемпионом, входил в топ-рейтинг боксеров. Очень мастеровитый. Выйти с ним в ринг ― мечта каждого боксера. Все хотят однажды сразиться с сильнейшим боксером своего времени.

У меня была очень сильная мотивация. Особенно после поражения. О таких боях можно только мечтать. Мне повезло.

― А кому принадлежала идея, чтобы Вы вышли на бой в футболке «Манчестер Юнайтед»?

― Идея возникла спонтанно в Манчестере. Нас хорошо приняли, проводили экскурсии. Ездили по залам, аренам, попали на «Олд Траффорд», интервью давали корреспондентам. Много шума было вокруг боя. Возвращение Рикки ― это серьезный информационный повод. Манчестер шумел.

Один репортер спросил, люблю ли я футбол и какая моя любимая английская команда. Сказал, что люблю «МЮ». Тогда я не знал, что Рикки болеет за «Манчестер Сити». Правда. Сказал тогда, что с уважением отношусь к Алексу Фергюсону, что считаю его великим тренером. Мне в ответ предложили выйти в футболке «МЮ», которую мне подарили. Я согласился. Спросили о номере на футболке ― сказал, что я ― первый.

Мне подарили футболку, и я сдержал слово. А уже потом узнал, что Рикки фанат «Сити» и выйдет в бело-голубых цветах. Такая вот история получилась.

к содержанию

 Цель ― воспитать чемпиона

― Вы довольны своей боксерской карьерой уже по прошествии лет?

― Да. У меня было много хороших боев. Я не так часто дрался на международной арене, но все же были поединки за пределами Украины. Не сбылась только моя мечта выйти на американский ринг. Теперь это цель в тренерской карьере ― вывести своего ученика на ринг в США.

Жаловаться мне не на что. Хорошая карьера. В Украине, наверное, тяжело представить лучше.

― Американский ринг для подопечных ― второстепенная цель, а главная ― воспитать чемпиона мира?

― Каждый тренер хочет, чтобы его воспитанник стал чемпионом мира. И в принципе ребята, с которыми я работаю, достойны этого. Изначально прошу поставить себе такую цель. Если они решили, что бокс ― их жизнь и работа, то целью должно быть стать лучшими в мире.

Многие приходят в профессионалы с мыслью о заработке. А титульных боев у них в целях нет.

Когда ко мне приходит молодой боксер, интересуюсь его мотивацией. Если чувствую, что у него какие-то меркантильные настроения, денег хочет заработать, я с таким боксером работать не стану.

В свое время у меня горели глаза. Так же должно быть и у моих подопечных. Если человек не отдается полностью на тренировках, то у него нет будущего.

Украинский чемпион

Из 39 проведенных боев Вячеслав выиграл 37, 25 из которых ― нокаутом

― Вы никогда не принимали решения в боксе, держа в уме финансовую выгоду, верно?

― Никогда. У меня была промоутерская компания. Я не выбирал себе соперников. Не то, что не имел права. Просто не было таких разговоров. Я принимал те бои, которые мне предлагал промоутер. Мне называли дату и имя соперника. Обсуждений не было. Разговоры по типу «я не хочу с ним боксировать, дайте мне другого» никогда не возникали. Это не про донецкую промоутерскую компанию Union Boxing Promotion. Я полностью доверял людям, они строили мою карьеру. Ни к кому претензий никогда не было.

У меня были другие цели. Я даже не интересовался, сколько заработаю за бой. Просто хотел победить в ближайшем бою и в итоге взобраться на вершину. Только после этого чемпион может интересоваться финансовым вопросом. Только после достижения цели ты можешь решать, с кем тебе выгодно боксировать.

― Вы видите будущего чемпиона в каждом из своих подопечных?

― Если бы я не видел в них чемпионов, не отдавался бы своей работе на все 100. Да и не занимался бы этим вовсе. Вижу, что Карен Чухаджян уже готов! Дай Бог, чтобы все у него сложилось, как мы планируем. Я уже сказал менеджеру, что ему нужно повышать позицию и попытаться организовать иллюминаторный бой за претендента. Через титул IBF мы попытаемся продвинуть его по рейтингу, чтобы у него были хорошие поединки. Да и сам Карен готов к этому. Я разговаривал с ним.

Это не зависит от меня. У боксеров есть менеджеры и промоутеры. Эти люди выстраивают по ним свою картину. У них свое видение. Они вкладывают в это деньги. Люди, которые занимаются боксерами, тоже должны видеть в них перспективу. Я в своих верю.

― Готовность выходить против серьезных соперников и горящие глаза Вы больше всего и цените в подопечных?

― Да, конечно. Мои любимчики ― те, кто больше тренируется. Если я вижу, что один отдается на тренировках, а второй сбавил обороты, то, выйдя на какой-то уровень повыше, он не будет у меня в фаворитах. Мне нравятся те, кто уходит последним из зала. Я же вижу, кто и как работает. Провожу с подопечными времени больше, чем со своими детьми. Вижу, у кого горят глаза, кто выкладывается на все 100 процентов.

― Хороший боксер ― в первую очередь талант или пахарь?

― Талант без трудолюбия ― полпути. Такой боксер достигнет какого-то уровня и остановится. На высшую ступень он не заберется. Одного таланта мало, поверьте. Я видел много перспективных боксеров, у которых была проблема с дисциплиной и они просто терялись со временем.

С другой стороны, есть пахари, которые просто не могут прыгнуть выше головы. Нужна, как говорится, золотая середина. Талант, конечно же, важен.

Скажу, что для меня очень важны самодисциплина и трудолюбие. Часто повторяю, что дисциплина бьет класс. Когда спортсмен мотивирован и работает на высшем уровне, ему все воздастся.

Sparta

Свой последний поединок Вячеслав провел 17 июля 2015 года, когда в пятом раунде победил эстонца Сергея Мелиса

― Бокс сильно изменился со времен Вашей карьеры?

― Мне кажется, что изменился. Но сильно ли? Бокс стал более разнообразный, бойцы стали сильнее. Уровень растет. Трудно сказать. Здесь у каждого будет свое мнение в зависимости от достигнутого уровня и периода карьеры. Я, например, мог бы сказать, что в 2000-х годах бокс был хороший.

Наш вид спорта развивается, становится все лучше. Скорость и темп прогрессируют.

― Сейчас молодым боксерам стало легче развиваться?

― Не скажу, что легче. Точно так же. Когда я переходил из любителей в профессионалы, промоутерских компаний вообще не было. Чуть позже появились Union, К2.

После Олимпиады в Сиднее я не стал медалистом. Андрей Котельник, завоевавший медаль, переехал в Германию, подписал контракт. У меня таких предложений не было.

Я год или два после Игр думал о завершении карьеры. Хотелось бросить все, потому что не было, где продолжить карьеру.

Понимал, что с любительским боксом я заканчиваю, а уйти было некуда.

Сейчас ситуация похожая. Молодым боксерам негде реализовать себя. Можно посмотреть компании Украины, которые занимаются молодыми… Я не говорю об олимпийских чемпионах. Понятно, что спортсмен такого уровня, как Александр Хижняк, будет интересен К2. Эта же компания работает с Александром Усиком. А ребята выше среднего уровня им не нужны. У них нет молодых проспектов из Украины. По крайней мере, я таких не назову.

Недавно у нас организовалась компания B1 Boxing Promotions. Единственная, которая просматривает для подписания молодых боксеров. Компания Влада Елисеева Top Boxing Generation ― классная. Я дружу с Владом, он классный промоутер, менеджер, но нет должного финансирования, чтобы взять боксера и вывести на топ-уровень. Влад может делать классные бои, но привлечь хорошего бойца тяжело.

Это мы жили и тренировались с какой-то мечтой. Нынешние спортсмены хотят зарабатывать со старта. Хочется зарплату, деньги за бои. Так что в Украине с этим сложно.

― Это одна из главных проблем в нашем боксе?

― Да. Потому что много достойных ребят не могут себя проявить. Как результат, топовыми украинскими боксерами становятся те, кто уезжает из страны и подписывает контракты с зарубежными промоутерскими компаниями. Василий Ломаченко и Александр Гвоздик подписали соглашение с Top Rank. И так далее. Даже мои боксеры Карен, Андрей и Егор Великовские представляют немецкую промоутерскую компанию.

Сейчас, если есть связи и возможность уехать, можно продвинуться и дойти до какого-то хорошего боя. В Украине остался только Денис Беринчик, которому К2 обещает сделать бой за звание чемпиона мира.

Наши боксеры топовые, но в Украине нет компаний, как Union, которая вела и выводила боксеров до титульных боев. Было хорошее финансирование, классные турниры.

PM Fight Academy

Вячеслав в киевском зале PM Fight Academy

― Кого бы Вы назвали лучшим молодым украинским боксером прямо сейчас?

― Есть несколько достойных.

Саша Соломенников ― боксер, которого я заметил и открыл для профи.

На чемпионате в Броварах, кажется, он даже до полуфинала не дошел, но он мне запомнился. Я стал работать с ним, пригласил в Киев, сделал ему несколько боев. Сейчас он подписал контракт с Top Boxing Generation, им занимается Елисеев. Считаю, что это очень талантливый парень. Со временем он может показать солидный уровень при должной подготовке и спаррингах. Я считаю его если не лучшим, то одним из лучших в Украине.

У меня есть проспект Егор Великовский. Набирает обороты. Работы нам предстоит много. Он перешел в команду Максима Михалева. Надеюсь, что им будут заниматься и он тоже проявит себя.

У нас есть человек 5 ― хороших и перспективных. Далее все зависит от финансирования и людей, которые ими занимаются.

― Вы сейчас тренируете в Pari Match Fight Academy…

― Это коммерческий зал, как Sparta Box, Pancher или другие в Киеве. Люди покупают абонементы, приходят и тренируются. До меня здесь не было профессиональных спортсменов. Когда я приходил сюда работать, моим условием была возможность работать с профи.

В Pari Match Fight Academy приходят люди разных профессий, тренируются для здоровья, своего удовольствия. Я провожу для них индивидуальные занятия.

Привел с собой команду профессиональных боксеров. Мне разрешили этим заниматься, идут на контакт. Я провожу здесь спарринги и сборы. Ко мне приезжают боксеры с других городов, стран ― из Польши и Прибалтики. Делаю двух-трехнедельные сборы перед боями. Академия предоставляет мне зал, и я благодарен за это.

Чухаджян

Тренер Сенченко и его подопечный Карен Чухаджян ― действующий чемпион по версии WBA International

― Расскажите о ближайших планах своих подопечных.

― 21 января у нас запланированы бои в Германии. Карен Чухаджян будет драться за интерконтинентальный титул IBF. Это хороший пояс, классная возможность продвинуться в рейтинге. Когда-то я давно владел им. Хороший старт, через этот титул можно добраться до тройки в рейтинге. Его соперник ― англичанин Райан Мартин: хороший, крепкий боец.

Второй бой проведет Андрей Великовский. Он претендует на интерконтинентальный титул IBO. Соперником выступит боксер из Германии доминиканского происхождения Рафаэль Бехеран. Это тоже хорошая ступень для продвижения.

В третьем 8-раундовом бое примет участие Егор Великовский.

Вадим Линьков
Главный редактор
В беттинге с 1998 года. Разработал несколько прибыльных стратегий на хоккей и футбол, основанных на показателях продвинутой статистики.
Максимальные коэффициенты на ближайшие матчи
Все лучшие коэффициенты
Поделиться с друзьями
Похожие посты
Ваш комментарий будет первым
Поделитесь вашим мнением и получите уникальный бонус!
Ваш комментарий будет первым
Поделитесь вашим мнением и получите уникальный бонус!
Букмекеры
Прогнозы
Бонусы
Статьи